Альфа лидер

Михаил Фридман. Председатель Совета директоров «Альфа-Групп» редко говорит о себе. С Николаем Усковым они обсудили детство, книги, мытье окон и новогодние подарки.
Николай Усков
GQ, № 10, 05.10.2006

Один из самых закрытых русских миллиардеров на деле оказался человеком вполне разговорчивым, скромным и начитанным. Я всегда считал, что сочетание этих привычек свойственно людям хронически малоимущим. Нет, передо мной сидел улыбчивый обладатель 12 миллиардов долларов (в свои-то 42 года), по левую руку — вертушка с червонным? двуглавым орлом, на стене — абстрактная живопись: Борис Мессерер и Жан-Поль Риопель. Обстановка строгая, излишеств — минимум. Самая первая «Альфа», основанная Михаилом Маратовичем в 1988 году, торговала компьютерами, ксероксами и коврами ручной работы. Теперь капиталы «Альфы» работают во многих сферах бизнеса: от добычи нефти до производства водки «Смирновъ»: крупнейший частный банк России, одна из крупнейших страховых компаний, третья по размерам нефтяная компания ТНК-BP, «Билайн», «Мегафон», сети супермаркетов «Пятерочка», «Перекресток» и прочая, прочая, прочая — таков самый беглый обзор интересов группы. Лично Владимир Путин благословил покупку «Альфой» пакета акций турецкого сотового оператора Turkcell за рекордные $3,3 млрд. По данным Forbes, это крупнейшая сделка, когда-либо проводившаяся российской частной компанией. И даже газета «Коммерсантъ» однажды посвятила целый номер Михаилу Маратовичу. Повод, конечно, был не самый радужный — конфликт газеты и Альфа-Банка, но кто еще может похвастаться таким сувениром. С председателем совета директоров консорциума мы встретились накануне приезда Мадонны. Первый вопрос напрашивался сам собой.

GQ: На Мадонну пойдете?

МФ: Постараюсь, конечно, если буду в Москве.

Я знаю, что вы, точнее, «Альфа», давно пытались Мадонну привезти, но удалось, по-видимому, не вам.

Вообще-то, когда мы привозим кого-то, этим все равно занимается профессиональное концертное агентство. Мы выступаем в роли спонсоров тех проектов, которые нам представляются наиболее привлекательными. В концерте Мадонны мы тоже участвуем, только не как Альфа-Банк, а как «Билайн». «Альфа» — крупнейший акционер «Билайна».

По Москве ходит слух, дескать, вы бизнесом занялись, чтобы Маккартни в Москву привезти.

Думаю, это преувеличение. Я занялся бизнесом, потому что время было такое, глупо было им не заниматься. Спору нет, Маккартни в Москве — наша большая удача и большое достижение.

Что вы чувствовали, сидя там, на Красной площади? «Я нереально крут»?

Да нет. Я в таких категориях о себе вообще не думаю. Было ощущение исторического события. Маккартни, Красная площадь, Back in the USSR, президент. Впрочем, последние 15 лет у меня, и, наверно, не только, ощущение одного исторического события за другим. Мы живем в историческую эпоху.

А музыкой вы ведь с детства занимались?

Начинал с музыкальной школы, а потом в конце 70-х, когда ВИА, вокально? инструментальные ансамбли, были везде: при школах, в любом институте, университете, на любом факультете, мы создали свою группу. Аппаратуру приходилось переделывать под себя, сами что-то паяли. Потом ансамбли подразделялись по коммерческому признаку. Кто-то играл на танцах у себя в школе или институте. Кто-то шел дальше — зарабатывал деньги на свадьбах, юбилеях. Я играл для себя и на танцах. Среди серости и однообразия тогдашней жизни это было что-то. Представляете, выступаешь, девчонки смотрят. Мы и музыку писали. Как-то с товарищем даже рок-оперу сочинили — «Руслан и Людмила».

То есть нельзя сказать, что Номер Четвертый в «золотой сотне» Forbes заработал первые деньги на свадьбах с юбилеями?

Все-таки можно. Первый год после школы, когда я в физтех не поступил, мы с ребятами иногда выступали за деньги.

А что заказывали?

В основном народные песни. Сыграли как-то Hotel California на свадьбе, не особенно пошел.

«Валенки»?

Какие валенки?! Я же с Западной Украины. Там свои валенки. Вообще, украинские песни очень красивые и в каком-то смысле музыкально даже богаче, чем русские.

А волосы у вас длинные были?

Да нет, волосы были как волосы, так, начес легкий. Представьте, провинция, Львов, школа, там все это не приветствовалось. У меня было две жизни, что ли. С одной стороны, я хорошо успевал по физике и математике, олимпиады выигрывал. С другой — увлекаться физикой и математикой было как-то не модно совсем. Иное дело — играть на электрооргане: синтезаторы еще не появились. Потом, когда учился в Институте стали и сплавов, особо играть было некогда, к тому же жил я в общаге в Беляево. Зато я там организовал студенческий клуб «Земляничная поляна», и он, кстати, весьма популярен был. Это тогда было очень актуально — начало перестройки. Мы приглашали музыкантов, актеров, режиссеров на встречи со студентами: Лоза, Малежик, Козаков, Кваша, Ульянова — это которая Маргарита Павловна из «Покровских ворот». Макаревич тоже обещался, да так и не приехал.

Локти, наверное, пообкусал…

Да нет, с ним все в порядке (смеется). Ну и дискотека у нас была хорошая. Я еще после института год клубом занимался, а потом время стало меняться, быстро меняться… Для себя я играю до сих пор, подбираю джазовые мелодии, могу в компании подыграть. Хотя теперь все больше увлекаются караоке.

Слышал, что олигархи подрядили вас однажды для Чубайса играть на дне рождения.

Была такая история. В 1998 году, незадолго до дефолта. Ситуация была очень напряженная, многие в руководстве страны тогда все надежды возлагали на большой кредит МВФ, чтобы удержать сильно переоцененный рубль от падения. Анатолий Борисович в то время уже не был вице-премьером, но и в РАО ЕЭС еще не пришел. Правительство было новое, сам Кириенко — человек молодой, безусловно толковый, но на тот момент не самый опытный. И мы — да не только мы — активно лоббировали, чтобы именно Чубайса назначили координатором переговоров с МВФ. Так совпало, что у него был день рождения, в июне. Мы собрались, чтобы его уговорить. Откровенно, он не очень хотел этим заниматься. Мы его долго уговаривали. А там пианино стояло. Я сел, сыграл Happy Birthday, коллеги спели. Ну он и согласился (смеется).

Расскажите про ваших родителей. Что они такого особенного сделали, чтобы вы стали тем, кем стали?

Главное, что сделали мои родители, как и любые родители, передали мне часть своих генов. Теперь, глядя на детей, я вижу, что процентов 80 в человеке определяется генами, причем не обязательно собственно родителей. Я стал замечать в их манере поведения, словах что-то от бабушки, которую они почти не застали. А вообще воспитание у меня было вполне традиционное. Не подумайте, что семья была религиозной. Никаких праздников мы не отмечали, но принципы воспитания все же были традиционными для евреев во всем мире.

А именно?

Например, мне говорили: «Имей в виду, что ты должен добиться того же, чего будут добиваться другие, но усилий придется приложить в разы больше». Забавно, я потом общался с американскими евреями. Им твердили то же самое. И действительно, препятствий и сложностей всегда было больше чем достаточно.

То есть вы в физтех не прошли по пятому пункту?

Я в физтех не поступил по этой причине, мне не дали золотую медаль в школе по этой причине, меня не приняли в аспирантуру по этой причине. У меня миллион примеров, как по этой причине что-то не получилось… Даже сейчас.

Мало того что еврей, дык еще и олигарх.

Хотя, с другой стороны, всего, чего я добился, я добился по той же причине. Видимо, сознание того, что во имя любой цели надо потратить колоссальное или большее, чем все остальные, количество усилий, мне очень помогало. А еще мои родители никогда не понимали, и я, собственно, тоже не очень понимаю: как можно договориться и не сделать. Я не могу представить, чтобы мама пообещала что-то, а потом обманула. Бывает, конечно, что я лгу, редко, когда сознательно и с дальним умыслом. Но в базисных вещах: в отношениях с партнерами, с сотрудниками — честно, не понимаю, как можно не держать слово. Хорошо, скажи: «Я подумаю, не знаю, мне нужно время», но бить по рукам, а потом не выполнять?! К примеру, мои родители в пять лет привели меня на урок в музыкальную школу. Первый урок — так все интересно, здорово. Возвращаемся домой, а папа мне говорит: «Ну как? Будешь заниматься музыкой? Нравится?» Я по глупости ответил: «Да, очень нравится». Я же понятия не имел, что меня ждет. А папа: «Ну смотри, пока пять классов не закончишь, будешь заниматься. Договорились?» Договорились. Через два дня я плакал горючими слезами. У бабушки моей были такие нотные тетради, так вот все они были заплаканы в буквальном смысле слова.

Аналогичный случай был в Бердичеве, меня тоже музыкой тиранили. Своих-то детей не мучаете?

Нет, я не большой сторонник насильственного навязывания своей воли. Пять классов музыкальной школы я закончил, а всего их семь. Но я сказал — все, а родителям деться некуда. Договорились ведь. Школу я ненавидел так, что просто караул. Борьба была колоссальная. Папа приходил, спрашивал: «Ты занимался?» — «Да, занимался». Он мог по отпечаткам пальцев на крышке фортепиано определить, занимался я или нет. Дурдом. И тут произошла еще одна смешная история. У меня была собака. При покупке мне вменили в обязанность ее выгуливать. Мне, конечно, лень было. Днем вышел из школы, в футбол бы поиграть с ребятами, а надо идти домой, собаку выводить. И тогда моя бабушка покойная — она тоже мечтала, чтобы я закончил музыкальную школу — предложила сделку: «Давай так поступим. Я буду гулять с ней один раз днем, а ты будешь музыкой заниматься». Ну мы и ударили по рукам. Поэтому школу я все-таки закончил.

У вас репутация интеллектуала.

Родители как-то с детства привили вкус к театрам, выставкам, чтению. У меня была самая обычная советская интеллигентная семья. Отец и мать — инженеры. Читал я очень много всего и быстро. Забавно, я никогда в жизни не читал специальной литературы по бизнесу, о банках, инвестициях. Исключительно художественная литература, не считая журналов и газет. Этого вполне достаточно, чтобы иметь представление о разных видах деятельности, которой мы занимаемся. По большому счету бизнес — это наука о человеке.

Необычная позиция для технократа по образованию.

Мир мало изменился за последние 30 тысяч лет, когда появился человек разумный. Библия, по некоторым данным, датируется четвертым тысячелетием до нашей эры. Так вот там исчерпывающим образом описано все многообразие человеческих характеров. В принципе уже Библии достаточно, чтобы вести крупный бизнес. Я бы не сказал, что я интеллектуал, просто человеческая жизнь заслуживает самого пристального внимания. И тогда все получится.

Какие книги из последних вам понравились?

Вообще, «Альфа» является соучредителем литературной премии. Она называется «Большая книга». Идея в каком-то смысле принадлежит нам. Недавний шорт-лист сформирован из 15-16 произведений. Я прочел из него всего пять и сказал бы, что они мне все очень понравились, особенно две книги Кабакова — «Все поправимо» и «Московские сказки». Кстати, из прочитанного в этом году сильное впечатление произвела книга Дмитрия Быкова о Пастернаке.

Меня и наших читателей она тоже задела. Поэтому, наверное, он и стал писателем года по версии GQ.

Быков, безусловно, талантливый автор. Правда, «Эвакуатор» мне не понравился.

А если говорить о главных книгах… В разные годы разные книги были главными, но одна осталась таковой навсегда. Лет в 13 я прочел «Всю королевскую рать» Роберта Пенна Уоррена. Представляете, ребенок, школьник читает эту книгу в эпоху глубокого застоя. Что я мог в тот момент в ней понять, но эффект был как от разорвавшейся бомбы. Потом я уже прочел всех американцев — Фолкнер, Хемингуэй, Стейнбек, Воннегут. Всех подряд, я вообще очень люблю американскую литературу. Затем пришла очередь Борхеса, Кортасара. А вот Пруст, которого так Петр Авен любит, мне не близок. Стыдно признаться, но я осилил только 300 страниц джойсовского «Улисса». Не мое. Безусловно, феноменальное впечатление произвел в свое время роман «Мастер и Маргарита». Я читал его в журнале «Москва», издание 1967 года. В году эдак 1978-м. Мне его принесли на один день. Про Библию я тогда слышал только плохое, поэтому вся эта история меня потрясла. Вообще, мне кажется, важность той или иной книги в жизни связана с твоим конкретным состоянием, особенно когда ты находишься на переломе. Книга может ко многому подтолкнуть, многое заставить пересмотреть.

Вы сами ходите в книжный?

Да, прихожу, покупаю книжек по 20 обычно.

Где, если не секрет?

В «Букбери» на Суворовском. Удобно, рядом с домом. Очень хороший магазин.

Дисконтная карта, наверное, имеется?

Конечно, они мне сразу дали, хотя я ею, понятно, не пользуюсь.

Когда вы почувствовали, что стали богатым? Что вы в этот момент сделали? Много выпили, подпрыгнули до потолка или мирно заснули, как обычно?

Понимаете, я богатым стал быстро, даже, может быть, слишком быстро, чтобы почувствовать. Богатство мне не кажется важным, честно говоря. Я не был бедным студентом, зарабатывал деньги, но ни разу не спекулировал джинсами и прочим. Фарцовка — это примитивное, неинтересное занятие.

Я слышал про торговлю театральными билетами.

Мы не торговали билетами, а скорее расширяли круг знакомств, но это все несерьезно. А в 88-м году я с друзьями кооператив основал. Мы окна мыли…

Олигарх Фридман мыл окна?

Сам я особо не мыл, конечно. У нас в день до ста человек могло работать. В июле 88-го мой личный заработок составил 10 000 рублей. У моей мамы тогда зарплата была 180. Она была очень хорошим инженером. А у отца 240. Считалось, что они прилично зарабатывают. Вы представляете, что такое было 10 000 на этом фоне?

Охотно представляю. Я в самом начале 90-х подработал, написав диплом одной студентке. На полученные триста долларов я чуть ли не полгода жил, еще и в Ригу съездил, проигрыватель купил.

Потом мы, как и все тогда, стали заниматься компьютерами. В этот момент я, наверное, в принципе и стал богатым. Правда, что тогда на деньги можно было купить? Ничего особенного ведь не было. Главным признаком богатства считался здоровенный ящик-телевизор с большой диагональю.

То есть богатство вы ощутили, когда купили телевизор.

Можно и так сказать. В 1990-1991 годах мы зарабатывали уже миллионы долларов. Вообще, я к вещам отношусь достаточно спокойно. У меня никогда не было сверхдорогой машины. Нет, она, конечно, дорогая, потому что бронированная, но в остальном по части вещей я человек малоинтересный. Есть люди, которые испытывают истинное наслаждение, глубоко проникая во все детали своих потребительских предпочтений. В каком-то смысле я им завидую. Ни яхты, ни самолеты я не покупаю. Стал самолет арендовать только из-за нынешнего хаоса со всем этим security. Если разобраться, ну что мне даст собственный самолет или яхта? Одна головная боль. А про яхты я вообще не понимаю. Ну недельку можно, от силы. Так у всех знакомых яхты, они с ними не знают что делать. Всегда можно напроситься или в аренду взять.

Вы, я слышал, сторонник дикого туризма?

Ну не совсем. Я с компанией езжу в основном в экстремальные туры на джипах, типа Camel Trophy. Уже как 10 лет. Своя команда сложилась. Там только мужчины, потому что физические нагрузки, да и обстановка иногда спартанская.

Вы сами маршрут придумываете?

У нас есть люди, с которыми мы ездим уже много лет. Каждый год меняется ответственный. К тому же наш гид заранее едет: проходит весь маршрут, помечает себе места стоянок, ночевок, обедов, ужинов, какие-то интересные достопримечательности.

Хорошая у него работа.

Он очень известный парень — Саша Давыдов, который когда-то делал передачу «Русский экстрим». Мы с ним познакомились, потому что он был в первой сборной России по Camel Trophy. Потом его программу закрыли. Саша — экстремал профессиональный, по жизни. Вообще, мы с нашими поездками стали тренд-сеттерами. За нами другие потянулись, Чубайс все тот же. Но у него более экстремальный отдых, и преимущественно в России. Для меня туры на джипах не столько экстрим, сколько этнография: обычаи, кухня, природа, культура. В октябре, например, собираемся проехать по Перу, Боливии и Чили.

Сейчас в мире популярны разные апокалиптические прогнозы. Вы как, с оптимизмом смотрите на все, что сегодня происходит в глобальной экономике, политике?

Я считаю, что мир развивается…

Вообще, об экономике очень трудно говорить. Как в любом сложном явлении, что-то является то добром, то злом. За пределами заповедей, где все предельно четко и ясно, начинается сложный и противоречивый мир. То, что глобализация будет продолжаться, это точно. Будет ли эта глобализация сталкиваться с проблемами? Безусловно. Будет ли это приводить к конфликтам? Не сомневаюсь. Я боюсь, что этот век может быть, к сожалению, не менее кровавым, чем двадцатый, а может, и более. Возьмите хотя бы Ближний Восток.

Вы, кстати, как вице-президент Российского еврейского союза видите выход из нынешнего арабо-израильского противостояния?

Я считаю, что в ближайшее время мир недостижим. Надо понимать природу человека. Цивилизация, которую представляет израильское общество сегодня, и та цивилизация, которую представляют соседние арабские страны, — абсолютно разные, в том числе стадиально. Вопрос не в том, что Израиль мешает жить арабам. В принципе это маленькая страна, если вы бывали, 200 на 400 км. По большому счету спор-то не о клочке земли, не слишком плодородном — 60% территории пустыня. Природа конфликта — в разнице ценностей. У арабов нет ни одной демократической страны, ни одной. Либо диктатура, либо монархия. Поэтому для них наличие иного типа государства является раздражающим фактором. Когда в пределах одной географической общности возникают глубокие водоразделы, это всегда источник конфликта. В долговременной перспективе конфликты сглаживаются, только зачастую очень жесткими методами. Я уверен, что первым демократическим государством среди арабских стран будет Палестина, потому что из-за близости-противостояния с Израилем она стала самой продвинутой. Палестинцы уже выбрали Хамас, что не очень хорошо, но тем не менее это были демократические выборы. Демократия — прежде всего наличие механизма мирного прихода оппозиции к власти. Кстати, если посмотреть на то, что происходит в Израиле, мы увидим, как он в свою очередь теряет многие атрибуты, характерные для западного мира. Пока сближения не произойдет, пока они не станут мыслить одинаковыми категориями, они не смогут договориться. Сегодня формальные соглашения о мире имеют чисто номинальное значение. Как говорил мой знакомый туркмен: «Рукой я подписал, сердцем нет».

У вас есть все. Что бы вы хотели получить в качестве подарка на Новый год?

Что значит «все есть». В материальном отношении меня действительно удивить очень сложно. Это все у меня давно. Я привык к этому состоянию. Так уж произошло. А с точки зрения эмоциональных категорий, в отношениях с людьми, с близкими, с кем угодно, я мало чем отличаюсь от остальных. Мир материальный, безусловно, имеет громадное значение и сильно влияет на эмоциональное состояние, но до определенного предела. А за этим пределом я совершенно ничем не отличаюсь от остальных. На Новый год приятно, чтобы люди, которые тебе дороги, делали вещи, подчеркивающие их уникальное к тебе отношение. Подарок в том, что на него потрачено время, в нем заключено внимание к твоей личности. Я сам, когда покупаю подарки, стараюсь найти что-то, отражающее только мое особое знание о друзьях. Хемингуэй как-то дал формулу хорошего рассказа. Нужно знать о человеке все, а затем описать небольшой эпизод из его жизни, но вместить в него все свое знание. Внимание к тебе, воплощенное даже в самой простой и недорогой вещи, мне по-настоящему приятно. Это вам не ручка с корпоративной символикой.